Это раньше уникальной беларуской модели мало что было надо полного счастья. Дешевая нефть, дешевый газ и немножко кредитов. Но годы идут, модель не молодеет. Поэтому для процветания ей нужно все больше. Оказывается, во время визита в Москву Лукашенко просил Путина не только о кредите на вторую атомную станцию. Еще он просил защитить российский рынок от дублирующих российских производств. Потому что иначе у беларуских товаров плохо получается продавать. В общем, понятная и простая схема. Правда, не очень понятно, зачем России устраивать этот аттракцион неслыханной щедрости.
Беларусам много чего нельзя — лайки там, комментарии, размахивания руками, хоровое пение. Все это может быть квалифицировано как разжигание, подстрекание, оскорбление и разное другое вредное, из-за чего колонии и СИЗО и так переполнены. Чувства, вроде, пока не запрещены, но серьезно ограничены. Да, тебе может показаться, что, к примеру, с Минском что-то не так. Скучно там, малолюдно, или трамваи плохо ходят. Предъяви прописку (регистрацию по-новому) — и выражай на здоровье. А вот понаехавшим, или и того хуже “беглым” такие чувства запрещены.
У того, что происходило с беларусами после 2020-го года, будет очень много последствий, не только юридических. И будут те, кто понесет за это ответственность, хотя в кратко- и среднесрочной перспективе 3-5 лет рассчитывать на это не приходится. Об этом юристка-международница Екатерина Дейкало рассказала в эфире «Еврорадио», проводящего совместно с Банком Идей цикл передач о том, какой будет Беларусь в 2030 году.
Вслед за Беларусью IT-бизнесы с беларускими капиталами ретируются из Украины. Процесс активизировался в прошлом году. А в 2025-м темпы исхода выросли. Как итог: из пикового числа беларуских IT-компаний, которое было зафиксировано в Украине на начало 2023 года, к настоящему времени осталась примерно треть, подсчитал Plan B.
На прошлой неделе Лукашенко окончательно определился с преемником. Сказал, что достойного преемника у него в этой жизни нет и не предвидится. Мы, конечно, и раньше подозревали, что только смерть может разлучить эти синие пальцы с властью. Но раньше он хотя бы кокетничал и делал вид, что находится в активном поиске. А теперь перестал даже стараться. Потому что не доросли еще.
Plan B. завершил исследование, продемонстрировавшее, в том числе, насколько беларуский крупный частный бизнес интегрирован в российский рынок и есть ли последнему в текущем моменте альтернатива. Главный вывод – неутешителен. Обладатель основных денежных, сырьевых и людских ресурсов зависим от России настолько, что вряд ли в обозримом будущем захочет стать драйвером или даже просто участником каких-то прозападных политических и экономических изменений на родине. Единственный вариант – если сначала они произойдут в самой России.
Вынужденная эмиграция — и после тюрьмы, и для избежания оной — ставит много проблем. Для пенсионеров и людей пожилого возраста они кажутся нерешаемыми. Настолько, что нынешний американский трек освобождения политзаключенных с принудительным выездом из Беларуси вызывает дискуссии и требования добиваться права выбора при освобождении: выезжать или оставаться. Впрочем, пока у власти нет никакого интереса в том, чтобы оставлять этих людей у себя. Но этот интерес может появиться.
Вот за что можно любить беларуских чиновников, так это за их непосредственность. Беззастенчиво вешать на уши собеседнику свою повестку — фирменный стиль наших функционеров. Благо, есть у кого поучиться. Главный функционер успешно совмещает противоположные точки зрения не то, что в одной речи, а даже в рамках одного предложения. Мастер, одним словом.
Беларусь вернулась в 90-ые годы, получив весь набор проблем, с которыми ей один раз уже приходилось справляться. О том, почему так случилось и как с этим бороться, директор Beroc Павел Данейко рассказал в эфире «Еврорадио», проводящего совместно с Банком Идей цикл передач о том, какой будет Беларусь в 2030 году.
Латвийские власти, также как литовские, в последний год ввели ряд запретов для граждан Беларуси. В их числе — на пользование личным транспортом на беларуских номерах и покупку недвижимости. Но в отношении беларуского бизнеса, осевшего в стране и принявшего местные правила игры, позиции латвийских президента и правительства более лояльны, чем в Литве. Но, как и в Литве, свою «беларускасць» беларуский бизнес тоже искореняет сам. Порой — с особой изощренностью.
