Глубокомысленные и загадочные реплики властей про важность умолчания звучат дружным хором. Помощь любит тишину. Благотворительность любит тишину. Деньги любят тишину. А до этого очень любила тишину пандемия. Не жалуйся, не хвастайся, не требуй, не отсвечивай. Не мешай, короче. Отдельным пунктом в этой борьбе за тишину и благолепие идут журналисты. Заткнуть их — давняя мечта специалистов по геноциду беларуского народа.
Милое лукавство беларуских околоэкономических чиновников генерирует сплошное удовольствие стороннему наблюдателю. Внутреннему потребителю не генерирует, а наблюдателю — весьма. Все эти попытки уговорить глубинный народ покупать свое, родное и без посредников, забыв о собственных желаниях. Попытки убедить бизнес брать, что велено и у кого скажут, а производить — хорошее и дешевое. Причем если произвести хорошее и дешевое реально получится, зарабатывать на этом, возможно, станут совершенно другие, специально отобранные люди. А будете возмущаться, вас ждет тюрьма, сума, война и другие жестокости. Других стимулов власть для подопечных не предусмотрела.
Соревнование Беларуси и McDonalds, начатое с легкой руки Александра Лукашенко, грозит затмить соревнование Эллочки-людоедки с дочерью американского миллиардера Вандербильта. Особую прелесть которому предавало то, что Вандербильдиха об этом состязании и не подозревала, а бюджет Щукиных трещал по швам.
Что делать, кто виноват и едят ли курицу руками (зачеркнуто) какой будет люстрация в Беларуси — вечные вопросы. Больше десяти лет идет эта дискуссия, и конца ей не предвидится до смены режима Лукашенко. Причем грядущая в любом случае смена самого Лукашенко вовсе не обязательно обозначает смену режима или его демократизацию. Но не исключает. В общем, до коммунизма (зачеркнуто) люстрации — далеко, но тема будоражит.
В среду Александр Лукашенко улетел в Москву, чтобы встретиться с Владимиром Путиным. Потому что многовекторность пришла к такому состоянию, когда без разрешения Путина уже особо никуда и не полетишь. Тому, кто претендовал на роль миротворца, теперь светит уголовка от украинских властей. Беларуская экономика внезапно проснулась в кризисе. Стабильность из этого кризиса никуда и не уходила. Все, за что брался Лукашенко после 2020-го года, обращается в пепел, а он и дальше цепляется за власть уже начавшими чернеть пальцами.
«О спорт! Ты — мир!», — убеждал нас Пьер де Кубертен, исключительно далекий от пролетарского самосознания в силу аристократического происхождения и хорошего воспитания. И убедил он, конечно, не всех. Спорт — это битва, война, сражение за превосходство нашей модели мира против вражеской. Да-да, перед нами не соперник, а враг. Агрессия в освещении олимпийских игр щедро приправлена обидой за своих, не допущенных; допущенных, но недооцененных; дооцененных, но другими странами. Ресентиментом, бессильной злобой, ехидством и злорадством.
У всех деспотичных правителей есть одна и та же беда. Они сначала системно, бескомпромиссно и местами даже грубо устанавливают свою власть. Избавляясь в процессе от всех, кто бы мог этой власти стать угрозой. То есть, от умных. А потом оказывается, что им и возразить-то некому.
Владимир Зеленский встретился со Светланой Тихановской. Глава украинского МИД сказал, что Украина инициирует уголовное дело против Лукашенко. Американская разведка доложила Конгрессу, что Беларусь превратилась в полноценной военный плацдарм России. Институт изучения войны (ISW) считает, что вторжения воздушных шаров на территорию стран соседей – нулевая фаза войны России против НАТО. Участие в трамповском совете мира не превратило Лукашенко в уважаемого члена международного сообщества. А беларуская пропаганда почувствовала, что вокруг затевается что-то неладное.
Эти фото полуразрушенных корпусов, обшарпанных зеленых (кое-где — синих и мерзко-персиковых) стен, мрачных бетонных стаканов-дворов обошли соцсети сотен беларусов. Под ними тысячи коментов. Удивление и недоверие тех, кого миновало счастье посещать сей объект: ну не в таких же условиях люди сидят! Перекличка бывших обитателей этих мрачных мест: «шанхай», «кабинеты», «женский корпус», «психушка». В Минске сносят «Володарку» — СИЗО №1.
Арест Мадуро — безусловно самое яркое международное событие в новом году. По эмоциям оно для меня сопоставимо с мятежом Пригожина. Когда ты открываешь новостную ленту, читаешь и такой: «да ладно!», «серьёзно?», «не может быть!». И если арест Мадуро не впечатлил вас в такой же степени, то, возможно, лишь потому, что мы слишком далеко от Латинской Америки.
