Фото: LookByMedia
«Мне не понять, как люди живущие на одной планете, могут так ненавидеть друг друга», — удивляется беларуска. Она всего лишь написала пост про друга из России, который перестал выходить на связь с «СВО». И не встретила сочувствия. А встретила наоборот. Российские туристы нахваливают Беларусь и нередко отгребают хейта. Коллективная ответственность — штука спорная, непопулярная. Пусть за войну и репрессии отвечают те, кто их начинал и кто в них участвует! А мы — хорошие. Мы — за мир и процветание. А тут добрейшие и милейшие посты нас, приятных образованных людей, вызывают агрессию, оскорбления и угрозы…
Индивидуальная ответственность — основа современного уголовного права. Нельзя наказывать человека за действия других, лишать его прав из-за происхождения или национальности. Или из-за того, что Путин и К затеяли войну, а Лукашенко — репрессии. Простой человек рвет на себе рубаху и требует, чтобы как раньше. Чтобы не шарахались от паспорта и охотно клеили туда визы, чтобы летали самолеты и все вокруг готовы были перейти на удобный простому человеку русский язык.
Ну а чо? Вину же надо доказывать индивидуально. Вот Путин (Лукашенко) начал — с него и спрашивайте. А со мной давайте дружить. Сын за отца же не отвечает. И я за Пу/кашенко тоже!
Из Threads: asdpoluytrew Я из Беларуси и сегодня, видимо, попала в ад, когда написала пост про друга из России, который перестал выходить на связь с СВО. Мне не понять, как люди живущие на одной планете, могут так ненавидеть друг друга. Знаю, что промывка мозгов дело сильное, но неужели настолько? Вы даже не знаете полностью свои корни. Возможно, те, кого вы так ненавидите — были вашими предками и подарили вам, бестолковым, жизнь. Пускай миром правит любовь и благоразумие
Включать в нынешние времена рефлексию — хлопотное дело. Размышления Ханны Арендт, которая была против коллективной вины, но за коллективную ответственность, ведь тоже ведут нас к множеству неприятных находок. О том, что принадлежность к группе создает ответственность. И нам, чтобы считать себя хорошими простыми людьми, придется для начала не отворачиваться от неприятных новостей. Потому что приятных — нет.
И знать, что происходит с твоей страной, — база. Что производит предприятие, где ты работаешь. И почему оно оказалось под санкциями. Про что пишет твоя газета. За что люди получают сроки. Причем с подробностями — под каким сообщением нужно поставить лайк, чтобы получить уголовку. За какой денежный перевод незнакомому сидельцу ждет тюрьма. Как проходят суды. Они сплошь закрытые? А почему? Да, это и мое дело тоже.
«Я ещё не встречал того, кто делал бы что-либо в Освенциме, — сказал судья Хофмайер, — коменданта там не было, дежурный офицер очутился там по случайности, представитель политического отдела только носил документы, а ещё один просто зашёл с ключами». [Ханна Ардент, «Между прошлым и будущим»]
Думать нужно сейчас, переосмысливать прошлое, готовиться к люстрации, к реституции, к репарациям. К тому, чтобы возвращать собственность, возмещать ущерб, реформировать институты.
08_1964 «Я очень люблю Беларусь, и сестра живёт в Бресте, но читая здесь комментарии узнаю, что белоруссы ненавидят русских также, как и украинцы. Я в шоке. Хотя все давно помешалось россияне живут многие в Белоруссии, а белоруссы в России. Почему сейчас такое отношение?»
И это не считая той самой уголовной ответственности, к которой, безусловно, привлекут только отдельных граждан, отдававших и выполнявших преступные приказы.
Политическая ответственность — это всегда про кого-то. Пусть специально обученные люди потом разберутся как следуют и накажут, чтоб мало не казалось. А потом, когда учебники перепишут, мы может и признаем ошибки. Но это не точно. Это победы у нас общие, национальные. А ошибки — личные и индивидуальные. И конечно — не наши.
А пока хорошие люди недоумевают: откуда хейт? Почему украинская мама говорит своим детям гадости про Путина? А дефицит бензина в оккупированном Крыму вызывает злорадство? И сочувствовать «вашим мальчикам», отправившимся на войну за длинным рублем, не спешат даже беларусы, которых вы считаете братьями вашими меньшими. Что их реально бесит. Как и стеб над беларуским языком и настоятельной просьбой называть страну правильно — Беларусь.
daryakadr «Открою портал в ад, но мне правда хочется мнений, желательно с разных сторон — про то как русским и украинцам общаться в нынешнем мире. Дано — дочка, 6,5 лет, Португалия, обычная гос. школа. В классе дети 9 разных национальностей, в том числе одна девочка из Украины. Конечно, они дружат — русский язык у обеих родной.
Третий персонаж — мама украинской девочки, которая (по нарастанию треша):
а) говорит на русском, но при встрече с нами переходит на украинский (пофиг), б) запрещает
своей дочери «дружить с россиянками», и поэтому не отпускает ее на др к моей дочери, и наоборот — нас не приглашает на свой [] рассказывает своей дочери о том, что Россия бомбит Украину, в России такой — сякой президент, общаться с россиянками нельзя и т п, о чем её 7-летка каждый день (буквально, каждый) рассказывает моему ребёнку (а та — мне)….
…Мы часто встречаемся с украинцами в разных точках мира. Начинать разговор (обычно на английском) с «символа веры» любого здорового человека — это база. Крым — украинский. Путин начал кровавую войну в Украине и должен нести за это ответственность. Я не поддерживаю эту войну и точно знаю, кто ее развязал. Я осознаю свою ответственность как гражданина Беларуси за соучастие моей страны в этой войне. И знаю, откуда шли российские войска 24 февраля 2022-го года, и откуда летели по Украине ракеты.
Потом мы можем перейти на русский, если так будет удобно всем собеседникам. Можем продолжать на английском, украинско-беларуском, любом удобном. Мы на одной стороне. На той, где не угрожают соседям, не размахивают «Орешниками», не считают себя в праве диктовать, быть соседу в ЕС или ЕАЭС. Где уважают чужой язык и выбор.
