Фото: LookByMedia
Есть финансовые прогнозы от беларуских чиновников, которые всегда сбываются. Вот обещал в ноябре ныне экс-министр финансов Юрий Селиверстов опять попросить в долг у России. И — вуаля. Правда, все сбылось в обидной для Минска форме и сумме.
Документ, который сегодня ратифицировала Госдума России, касается отсрочки платежей по госкредитам.
«Общий объем отсроченных платежей составляет порядка 250 млн долларов. Поскольку соглашение предусматривает такую рассрочку, оно требует, соответственно, ратификации», — цитирует ТАСС замминистра финансов РФ Владимир Колычев.
Сумма — весьма обидная. И совсем недостаточная даже на этот год.
По данным Минфина, в нынешнем году Беларусь должна потратить на погашение долга 17,7 миллиардов рублей и еще 6 миллиардов — на его обслуживание. То есть в общей сложности, если считать по текущему курсу, получается 8 миллиардов долларов. И основной кредитор — Россия.
Сперва Минск бодрился и обещал расплатиться, в том числе — за счет резервов. Но отдавать свои и навсегда, когда брал чужие и на время — процесс болезненный. Тем более Лукашенко положил глаз на золотовалютные резервы, прикинув, что неплохо бы их потратить на инвестиционные цели.
Впрочем, отдавать Минск уже давно не спешит. В 2022 году запланированные выплаты по внешнему долгу составляли 4 млрд долларов. Реально выплатили около 2 млрд. В 2023 году Беларусь должна была выплатить 6,7 млрд долларов. Заплатили меньше 3 млрд. В 2024 году запланировали выплаты в 3,9 млрд долларов. Государственный долг за год сократился всего на 1,6 млрд. Основной кредитор, Россия, тогда еще могла себе позволить серьезные отсрочки.
Но ситуация поменялась. Экономика России надрывается на военных рельсах, а собственный бюджет уже считается планово убыточным минимум до 2042 года.
Кстати, Беларусь остается лидером по объему долгов перед Россией. Задолженность превышает 8 млрд долларов.
В итоге помощь Минску все больше смахивает на микрофинансирование. Да и то не живыми деньгами, а отсрочками. Что несколько оскорбительно для нашей финансовой независимости и кредитного суверенитета.
