Фото: park.by
«У каждой страны есть своя движущая сила креативной экономики. В Беларуси ее локомотивом является IT-сектор», — заявил премьер-министр Беларуси Александр Турчин на мероприятии в Санкт-Петербурге. Про то, как жизнь потрепала этот локомотив с 2020-го Турчин рассказывать не стал. А зря.
«Белорусы на протяжении десятилетий доказывали: в отсутствие широкой ресурсной базы и массивных залежей ископаемых достаточно идеи, чтобы создать нечто с нуля. Творческий ресурс неисчерпаем. И сегодня мы видим, как 20 лет назад ассоциация с Беларусью — с ее традиционными тракторами, грузовиками и продуктами питания — дополнилась образом страны-лидера в IT-секторе, государства с развитой логистикой, высоким уровнем медицины и точкой притяжения миллионов туристов», — заявил Турчин.
И добавил, что сегодня ПВТ формирует почти 3% беларуского ВВП. При этом ПВТ предлагает «лучшие условия для открытия, ведения и развития высокотехнологичного бизнеса».
Турчин не сказал, но вряд ли позабыл, что в 2019-м доля IT-сектора в ВВП составляла 5,5%. И быстро росла. На 4 процентных пункта за семь лет. То есть настолько быстро, что нынешний глава Администрации Лукашенко, а тогда — министр экономики Дмитрий Крутой прогнозировал прирост этой доли до 10% ВВП уже к 2022-2023-му году.
Но сперва в 2020-м, а потом в 2022-м что-то случилось. Так что сегодня для Беларуси и «почти 3%» — успех. Хотя очевидно, что «локомотив» уже совсем не тот, что прежде. Увы, ИТ из отрасли, создающей в Беларуси абсолютно независимый от России и высококонкурентоспособный в мировом масштабе кластер, становится еще одним придатком российской милитаризованной и буксующей экономики.
